Ботев (botev) wrote,
Ботев
botev

Мои новые друзья

Я пришел в порт, чтобы купить билеты на корабль в Европу. Была сиеста. Нужно было пройти по жаре мимо автозаправки. В тени сидело несколько бывших интеллигентных людей. Один из них что-то сказал мне по-испански, я показал характерным жестом всего тела, что не понимаю. Тогда он сказал мне по-английски, дескать, вы что, сеньор, хотите билеты купить?
— Хочу, — сказал я. — Только мне надо, чтоб с каютой.
— С каютой! — обрадовался бич. — Пойдемте скорее в кассу, у меня там работает хороший друг! Он продаст вам билеты в каюту!
По пути я и сам успел стать другом бича. По поводу сиесты касса работала всего одна. В ней и сидел хороший друг бича. Друг был в чистой рубашке с галстуком. Приблизившись к кассе, бич стал просить билет, только чтоб он был с каютой.
— No camarotes, — сказал хороший друг.
Так я впервые услышал, как по-испански будет «каюта».
Бич очень расстроился. Он сказал мне, что у него еще много хороших друзей здесь.
— Приходи через полчаса, — сказал он мне. Пока мы шли к автостоянке, он расспрашивал меня, говорю ли я также по-немецки, по-французски и по-испански. Не, не, только по-английски.

Я пришел через полчаса. Сиеста все еще продолжалась. Еще издали мой новый друг стал показывать мне большой палец.
— Все хорошо! — сказал он. — Все хорошо. Я обо всем договорился, у меня тут есть очень хороший друг. Приходи в пять часов, он нам продаст билет. Окей?
— Окей, — говорю. — Я куплю. Только предупреждаю, что платить буду карточкой, а тебе дам за услуги наличными. Сколько ты хочешь.
— Ну, — замялся мой друг, — ну… Так, немного… — Он испытующе глядел на меня.
Я молчал.
— Ну, эээ… — он неопределенно помахал руками. — Может быть, тридцать…
— Окей, тридцать так тридцать. Только еще раз говорю, что платить буду карточкой, понятно?
Мой друг все понял, и на прощание сказал воодушевленно:
— До свидания, друг, приходи в пять!
В тени автостоянки сидели другие хорошие друзья моего нового друга, и все они с одобрением взирали на нас.

Я пришел в десять минут шестого. Сиеста уже закончилась, но все равно было жарко. Снова мой новый друг стал издали показывать мне большой палец.
— Все хорошо! — сказал он. — Все хорошо. Пойдем к кассам. Я договорился с моим очень хорошим другом. Сейчас он продаст тебе билеты.
К кассам нас с другом сопровождал еще один очень хороший друг, обличием и поведением похожий на Паниковского. И еще один очень хороший друг, который и должен был продать билеты. В здании порта они окружили меня и сказали:
— Только нужно наличными.
— Почему наличными? Я заплачу карточкой.
— Это невозможно! — закричали они. — Только наличными!
— Э, мы же договаривались, что я заплачу карточкой? Наличных у меня нет.
— Это не проблема! Пойдем в центр города, там много банкоматов, снимешь и заплатишь наличными!
— Зачем наличными, когда я могу карточкой?
— Это невозможно!
— Я не буду платить наличными.
— Ну как же так… Ведь билеты пропадают.
Они меня довольно долго уговаривали. Билетный спекулянт отошел, как бы в обиде желая уйти совсем. Ну, карточка, наличные, какая разница, подумал я. Что дальше-то будет, интересно. И сказал:
— Ладно. Наличные у меня есть. Не пойдем в центр города.
— У него есть наличные! — обрадовался мой новый друг и обратился к отошедшему билетному спекулянту. — Слышишь! у него есть наличные. Давай теперь паспорта, — сказал он мне. — Он сходит и купит тебе билеты.
— Не-не-не. Я сам пойду и куплю себе билеты.
— Это невозможно! — снова закричали они.
— Почему? Почему это невозможно?
— Невозможно! Он должен пойти один! Тебя увидят и не продадут ему билеты.
— Не-не-не. Подойдем и купим билеты.
— Но это невозможно!
Снова начался торг, они меня уговаривали, билетный спекулянт подходил и отходил, предлагали оставить в залог свои документы, но я твердо стоял на своем. Не дам паспорта и все тут, только если сам буду присутствовать при продаже. Билетный спекулянт с досадой плюнул и ушел совсем.
— Погоди, погоди, — сказал мой друг.
Мы сели на скамеечку. Мой новый друг был какой-то грустный. Он услал куда-то Паниковского. Подожди, говорит. В качестве утешения я ему сказал:
— Понимаешь, у меня уже есть билет на самолет. На корабле я просто раньше бы прибыл в Испанию, но я легко могу без него обойтись. Я думал, тебе нужны тридцать евро. Я бы тебе их дал, но мне нужно понимать, что вообще происходит.
Он посидел две минуты. Паниковский вернулся, сказал что-то моему другу, и тот весело сообщил мне:
— У меня есть очень-очень хороший друг, пошли!
И повел меня на улицу. Я думал, они с Паниковским попытаются отобрать деньги, но нет, привели в какое-то турагенство. Пока сидели в очереди, спрашивали:
— А ты что, испанского не знаешь? Правда, что ли? Совсем-совсем не знаешь? Долбаный испанский, да?
— Не знаю. Правда, Совсем-совсем не знаю. Не почему долбаный, не долбаный, хороший язык.
Туроператор освободился, они говорят:
— Садись, давай паспорта.
Я слегка достал паспорта из кармана и сказал:
— Málaga, hoy, tres camarotes.
Кажется, мой новый друг и Паниковский расстроились от моего испанского.
— No camarotes, no, no — говорит туроператор.
— Зачем тебе каюты? Тебе же все равно ночью спать, посидел бы в кресле! — с отчаянием говорил мой новый друг.

В общем, мы зашли в еще одно турагенство, потом снова в кассу, в другую кассу, и нигде не было camarotes. Мне прямо было интересно, куда они меня еще поведут. Кассы, однако, закончились, и вести меня было больше некуда. На обратном пути мой новый друг все говорил:
— Почему ты не вытаскивал из кармана паспорта? Ну вот зачем ты их держал в кармане? — и он показал, как я не вытаскиваю паспорта из кармана.
— А зачем мне было их вытаскивать? Раз все равно camarotes нет.
— Э-эх! — он махнул рукой. — Слушай, дай хоть пять евро, на кофе!
— Фигасе! Вы столько моего времени потратили. Это вы мне теперь денег должны.
— Эх! — Мои новые друзья сели в тень автозаправки и пригорюнились, а я пошел домой.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 11 comments