Ботев (botev) wrote,
Ботев
botev

Мои новые друзья

Я пришел в порт, чтобы купить билеты на корабль в Европу. Была сиеста. Нужно было пройти по жаре мимо автозаправки. В тени сидело несколько бывших интеллигентных людей. Один из них что-то сказал мне по-испански, я показал характерным жестом всего тела, что не понимаю. Тогда он сказал мне по-английски, дескать, вы что, сеньор, хотите билеты купить?
— Хочу, — сказал я. — Только мне надо, чтоб с каютой.
— С каютой! — обрадовался бич. — Пойдемте скорее в кассу, у меня там работает хороший друг! Он продаст вам билеты в каюту!
По пути я и сам успел стать другом бича. По поводу сиесты касса работала всего одна. В ней и сидел хороший друг бича. Друг был в чистой рубашке с галстуком. Приблизившись к кассе, бич стал просить билет, только чтоб он был с каютой.
— No camarotes, — сказал хороший друг.
Так я впервые услышал, как по-испански будет «каюта».
Бич очень расстроился. Он сказал мне, что у него еще много хороших друзей здесь.
— Приходи через полчаса, — сказал он мне. Пока мы шли к автостоянке, он расспрашивал меня, говорю ли я также по-немецки, по-французски и по-испански. Не, не, только по-английски.

Я пришел через полчаса. Сиеста все еще продолжалась. Еще издали мой новый друг стал показывать мне большой палец.
— Все хорошо! — сказал он. — Все хорошо. Я обо всем договорился, у меня тут есть очень хороший друг. Приходи в пять часов, он нам продаст билет. Окей?
— Окей, — говорю. — Я куплю. Только предупреждаю, что платить буду карточкой, а тебе дам за услуги наличными. Сколько ты хочешь.
— Ну, — замялся мой друг, — ну… Так, немного… — Он испытующе глядел на меня.
Я молчал.
— Ну, эээ… — он неопределенно помахал руками. — Может быть, тридцать…
— Окей, тридцать так тридцать. Только еще раз говорю, что платить буду карточкой, понятно?
Мой друг все понял, и на прощание сказал воодушевленно:
— До свидания, друг, приходи в пять!
В тени автостоянки сидели другие хорошие друзья моего нового друга, и все они с одобрением взирали на нас.

Я пришел в десять минут шестого. Сиеста уже закончилась, но все равно было жарко. Снова мой новый друг стал издали показывать мне большой палец.
— Все хорошо! — сказал он. — Все хорошо. Пойдем к кассам. Я договорился с моим очень хорошим другом. Сейчас он продаст тебе билеты.
К кассам нас с другом сопровождал еще один очень хороший друг, обличием и поведением похожий на Паниковского. И еще один очень хороший друг, который и должен был продать билеты. В здании порта они окружили меня и сказали:
— Только нужно наличными.
— Почему наличными? Я заплачу карточкой.
— Это невозможно! — закричали они. — Только наличными!
— Э, мы же договаривались, что я заплачу карточкой? Наличных у меня нет.
— Это не проблема! Пойдем в центр города, там много банкоматов, снимешь и заплатишь наличными!
— Зачем наличными, когда я могу карточкой?
— Это невозможно!
— Я не буду платить наличными.
— Ну как же так… Ведь билеты пропадают.
Они меня довольно долго уговаривали. Билетный спекулянт отошел, как бы в обиде желая уйти совсем. Ну, карточка, наличные, какая разница, подумал я. Что дальше-то будет, интересно. И сказал:
— Ладно. Наличные у меня есть. Не пойдем в центр города.
— У него есть наличные! — обрадовался мой новый друг и обратился к отошедшему билетному спекулянту. — Слышишь! у него есть наличные. Давай теперь паспорта, — сказал он мне. — Он сходит и купит тебе билеты.
— Не-не-не. Я сам пойду и куплю себе билеты.
— Это невозможно! — снова закричали они.
— Почему? Почему это невозможно?
— Невозможно! Он должен пойти один! Тебя увидят и не продадут ему билеты.
— Не-не-не. Подойдем и купим билеты.
— Но это невозможно!
Снова начался торг, они меня уговаривали, билетный спекулянт подходил и отходил, предлагали оставить в залог свои документы, но я твердо стоял на своем. Не дам паспорта и все тут, только если сам буду присутствовать при продаже. Билетный спекулянт с досадой плюнул и ушел совсем.
— Погоди, погоди, — сказал мой друг.
Мы сели на скамеечку. Мой новый друг был какой-то грустный. Он услал куда-то Паниковского. Подожди, говорит. В качестве утешения я ему сказал:
— Понимаешь, у меня уже есть билет на самолет. На корабле я просто раньше бы прибыл в Испанию, но я легко могу без него обойтись. Я думал, тебе нужны тридцать евро. Я бы тебе их дал, но мне нужно понимать, что вообще происходит.
Он посидел две минуты. Паниковский вернулся, сказал что-то моему другу, и тот весело сообщил мне:
— У меня есть очень-очень хороший друг, пошли!
И повел меня на улицу. Я думал, они с Паниковским попытаются отобрать деньги, но нет, привели в какое-то турагенство. Пока сидели в очереди, спрашивали:
— А ты что, испанского не знаешь? Правда, что ли? Совсем-совсем не знаешь? Долбаный испанский, да?
— Не знаю. Правда, Совсем-совсем не знаю. Не почему долбаный, не долбаный, хороший язык.
Туроператор освободился, они говорят:
— Садись, давай паспорта.
Я слегка достал паспорта из кармана и сказал:
— Málaga, hoy, tres camarotes.
Кажется, мой новый друг и Паниковский расстроились от моего испанского.
— No camarotes, no, no — говорит туроператор.
— Зачем тебе каюты? Тебе же все равно ночью спать, посидел бы в кресле! — с отчаянием говорил мой новый друг.

В общем, мы зашли в еще одно турагенство, потом снова в кассу, в другую кассу, и нигде не было camarotes. Мне прямо было интересно, куда они меня еще поведут. Кассы, однако, закончились, и вести меня было больше некуда. На обратном пути мой новый друг все говорил:
— Почему ты не вытаскивал из кармана паспорта? Ну вот зачем ты их держал в кармане? — и он показал, как я не вытаскиваю паспорта из кармана.
— А зачем мне было их вытаскивать? Раз все равно camarotes нет.
— Э-эх! — он махнул рукой. — Слушай, дай хоть пять евро, на кофе!
— Фигасе! Вы столько моего времени потратили. Это вы мне теперь денег должны.
— Эх! — Мои новые друзья сели в тень автозаправки и пригорюнились, а я пошел домой.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 11 comments